Предыдущая статья
Екатерина Скульская: Сегодня меня накрыло чувство вины
Постоянный адрес статьи:
Сегодня меня накрыло чувство вины. Я поняла, в какой момент мы совершенно идиотски упустили один из шансов все спасти.
Вот когда в начале девяностых архивы показали на какое-то время дела репрессированных во всей полноте – с именами тех, кто донес, тех, кто пытал, тех, кто доносил уже в тюрьме и в лагере – почему мы тогда не настояли на том, чтобы всех их поименно, от главных начальников до последнего мерзкого стукача своя же родная система вспомнила и судила? Вот каждого, кто тогда еще был жив, хотя бы – а таких в начале девяностых было еще довольно много.
Не надо ни казней, ни сроков, достаточно было бы, чтобы люди увидели и запомнили, что если ты был стукачом и гадом, то пусть через полвека, но к тебе придут и при лапочке дочке и внуках скажут: ты убил человека, и не одного. И ничем тебе от этого не отмыться.
Почему мы тогда на этом не настояли? Я сама просидела в архиве два года, я помню этот стеллаж с картотекой так называемых «лишенцев» – СРК, ЧС СРК… Находила там карточку очередного священника или монаха, потом по этому имени мы искали его дела – те, кого в начале двадцатых лишали избирательных прав, потом довольно быстро сажали, расстреливали. А в тридцатые это было уже полной чумой. Я тогда еще курила. Посидишь, пол-ящика обработаешь – перерыв. Поплачешь, покуришь – и дальше. Моя старшая коллега встречалась с родственниками репрессированных, рассказывала им то, чего они много лет не знали – что было сразу после ареста, когда на самом деле погиб, какие-то мелочи, подробности… И никто тогда не хотел знать почему-то, КТО их близкого посадил, кто пытал, кто выбивал показания. А они ведь ЖИВЫ тогда еще были!
Почему тогда мы, растяпы интеллигентные, занимались одними исследованиями и не додумались до того, чтобы требовать судов?
Тогда, по невероятной пассионарной дури девяностых, можно было этого добиться. У нас не было Нюрнберга, был довольно импотентский XX съезд, документы которого читались на только на закрытых партсобраниях. В 60-е нереально было пройти дальше, а в 90-е шанс был. А вот если представить… вот идет эта серия судов. И вся суть КГБ предъявлена Родине во всей красе. Вы понимаете, что бы тогда было? Органы надолго приобрели бы такую репутацию, что человек оттуда к власти не прорвался бы еще много лет. И не было бы этого мерзкого карлика с ядерной кнопкой. И всего того, что мы сейчас расхлебываем и что нашим детям предстоит – тоже не было бы.
