Момент истины для президента Маргвелашвили

Гела Васадзе

Ну и самое главное — что будет делать президент, если его благие пожелания так и не будут выполнены?

Сегодня президент Георгий Маргвелашвили обратился к парламенту Грузии в связи с сложившейся ситуации в стране. После этого обращения осталось странное послевкусие. В общем и в целом президент говорил о правильных вещах, но , это почти как в случае с комиссией Талльявинни.  Правильные слова без выводов, судите сами.

Маргвелашвили заявил о необходимости разделения МВД и министерства безопасности,  не забыв при этом попенять на предыдущие власти, мол вот они создали монстров. Правда президент «забыл» сказать, почему были объединены министерства внутренних дел и безопасности, не вспомнил он о повышении эффективности данного ведомства, почему то не вспомнил о том, что Грузия находится практически в состоянии войны, имея при этом два оккупированных региона. Не ответил президент и на вопрос — насколько эффективным будет разделение министерства сегодня. когда страна стоит перед таким количеством рисков и вызовов.

Теперь о создании независимой прокуратуры. Дело нужное и необходимое. Сложно не согласиться с президентом и по поводу того, что государственные служащие не должны жить с чувством страха. Но хотелось бы спросить господина президента — позвольте, господин президент, разве Вы уже находитесь в оппозиции к существующей исполнительной власти. Разве не их действия привели к тому. что вы сегодня вынуждены говорить на эту тему. Почему же сказав А, вы не говорите Б ?

Пойдем дальше, заявление президента о том, что нельзя выгонять людей по политическим мотивам из государственных ведомств и учреждений. Конечно, нельзя. Но тут опять незадача. это заявление сделано тогда. когда на всех уровнях от министерств и ведомств до органов местного самоуправления прошла чистка кадров именно по политическим мотивам. И эту чистку осуществили не инопланетяне, а именно «Грузинская мечта».

Президент заявил, что необходимо прекратить откладывать законы, которые неудобны исполнительной власти,и  прежде всего законы, связанные с правами человека. Абсолютно верно, кто будет с этим спорить. Но давайте назовем конкретных виновников того. что такие вещи происходят. Зачем же постоянно кивать при этом на предыдущие власти, ведь это не они тормозят принятие столь нужных законов для страны.

По имплементации соглашений с НАТО, достигнутых в Уэльсе. Это жизненно важно для страны, и постоянный мониторинг этих вопросов, конечно, необходим на Совете Безопасности страны. В том самом органе, который на протяжении года игнорируется исполнительной властью Грузии. Разве не в этом выражается неуважение к институтам государственной власти, и в том числе и к институту президента.

Ну и, наконец. самый острый вопрос. Президент признал необходимость реакции парламента и исполнительной власти, на попытки аннексии Абхазии и Самачабло со стороны Российской Федерации, это кстати то, о чем уже несколько недель настаивает Национальное движение. Кстати, именно по этому поводу завтра в Тбилиси проводится акция на проспекте Руставели, и если президент искренен в своих словах о том, что в этом вопросе мы должны быть едины, почему бы ему завтра не придти на эту акцию?

Ну и самое главное — что будет делать президент, если его благие пожелания так и не будут выполнены? Георгий Маргвелашвили заявил, что мол Саакашвили только декларировал европейские ценности, а многие его шаги не соответствовали им. Но вот, что интересно, итогом правления команды Михаила Саакашвили была не только динамично развивающаяся страна, но и свободные выборы, на которых победила оппозиция. Дай Бог. чтобы у Маргвелашвили был такой же итог его президентского срока. Ну а по всем другим вопросам, для президента Маргвелашвили наступает момент истины. Если его инициативы, столь нужные и полезные для страны, будут блокированы парламентом и исполнительной властью, ему все же придется назвать вещи своими именами. Или не придется. В любом случае выбор за ним.

p.s. спикер парламента Давид Усупашвили в очередной раз исполнил роль фигового листа «Грузинской мечты», не дав возможность оппозиции высказать свое мнение по поводу речи президента. Оно и понятно — «парламент не место для дискуссий». где-то мы это уже слышали.