Переговоры в Минске — какова роль Лукашенко?

Официальный Берлин отказывается рассматривать факт проведения переговоров в Минске как уступку российскому президенту

С конца декабря прошлого года министры иностранных дел и высокопоставленные дипломаты стран так называемого «нормандского формата» практически безостановочно вели переговоры, включая и этот понедельник, 9 февраля, стараясь подготовить встречу лидеров России, Украины, Германии и Франции.

Согласовать для трех президентов и канцлера ФРГ проект итогового документа, призванного открыть путь для политического разрешения конфликта на востоке Украины, им до сих пор не удалось. Тем не менее саммит решено проводить. Правда, не в Астане, как изначально планировалось, а в Минске.

Немецкий фольклор

Место проведения намеченной на эту среду, 11 февраля, встречи на высшем уровне было перенесено из казахстанской в белорусскую столицу, как сообщается, по инициативе Владимира Путина. Официальный Берлин, однако, отказывается рассматривать этот факт как уступку российскому президенту или как реверанс в сторону Александра Лукашенко.

«С чего вы взяли, что это уступка Путину», — возразил корреспонденту DW на правительственной пресс-конференции в понедельник, 9 февраля, представитель МИД ФРГ Мартин Шефер (Martin Schäfer). Ни он, ни официальный представитель канцлера Георг Штрайтер (Georg Streiter), однако, не смогли внятно объяснить, почему все-таки давно планировавшийся саммит решили проводить не в Астане, а в Минске.

«Но если учесть, что речь идет о реализации минских договоренностей, — заметил Штрайтер, — то, наверное, имеет смысл в Минске и продолжить переговоры на эту тему». В белорусской столице речь пойдет о Минске, добавил он, имея в виду минские соглашения от 5 и 19 сентября прошлого года. «Думаю, что главное — это цель встречи, — пошутил Штрайтер, — для ее достижения они могли бы встретиться даже в Кастроп-Раукселе». Провинциальный городок Кастроп-Рауксель имеет в немецком фольклоре примерно такое же значение, как в российском — Урюпинск.

Надежда на политическую сделку

Завышенных ожиданий от предстоящего саммита у немецкого правительства нет, хотя оно и исходит из того, что встреча в «нормандском формате» непременно состоится. По словам Мартина Шефера, речь на саммите снова пойдет о путях имплементации уже согласованных параметров минских соглашений, причем так, чтобы это было «политически реализуемо» для всех участников конфликта. Правда, пессимистично добавил он, «мы не знаем, удастся ли достичь политической сделки между Киевом и Москвой».

Как именно будут проходить переговоры в Минске, какой станет, по выражению Шефера, «хореография саммита», еще не известно. Но в МИД ФРГ исключают, что в ней смогут принять участие и представители самопровозглашенных республик на востоке Украины.

«Невозможно себе представить, чтобы законно избранный президент субъекта международного права — республики Украина — сел за стол переговоров с именными табличками, где с одной стороны написано «президент Порошенко», а на противоположной — «президент Захарченко» и «президент Плотницкий» из каких-то самопровозглашенных республик», — сказал Шефер.

Дивиденды Минска

Точно также не может он себе представить и какую-либо роль на переговорах в «нормандском формате» самого хозяина встречи на высшем уровне, то есть Александра Лукашенко. Берлин, правда, приветствует готовность белорусского президента провести такой саммит в Минске. «Я уверен, что он окажет своим гостям все присущее белорусам гостеприимство», — заметил Шефер. Но гостеприимство Лукашенко — еще не повод для правительства ФРГ и Европейского Союза менять отношение к возглавляемому им режиму, отменять или смягчать действующие в отношении его представителей санкций, уточнил Шефер, отвечая на вопрос DW.

Но вот по мнению независимых наблюдателей, Минск — не просто «техническая площадка» для саммита в «нормандском» формате. Координатор программ Центральной и Восточной Европы Немецкого фонда Маршалла Марина Рахлей (Maryna Rakhlei), в частности, считает, что «Минск в данной ситуации — фактически единственный, кто получит реальные дивиденды» и может надеяться на «дальнейшую разморозку отношений» с Европейским Союзом.

В позитивный исход саммита «нормандской четверки» Рахлей не особенно верит: «Даже если стороны пойдут на уступки и подпишут новое соглашение, остается открытым вопрос, будет ли оно всеми исполняться». Но вот сам Минск, по ее словам, теперь «появился на карте мира европейских политиков, на Беларусь смотрят внимательно, хотят понять, что происходит в стране». Такой дифференцированный подход, а не «среднеарифметический для региона», заявила эксперт, это именно то, что нужно Беларуси в отношениях с Западом.

Известный белорусский правозащитник, бывший политзаключенный Алесь Беляцкий смотрит на вещи иначе. Он выступает против нормализации отношений с минским режимом и против отмены санкций в отношении его представителей. По выражению Беляцкого, «те причины, по которым были введены санкции, не исчезли», а «изменение политики Европейского Союза в отношении режима Лукашенко будет восприниматься им как слабость и не приведет к серьезным переменам в стране».

Реверансы же Минска в сторону ЕС Беляцкий объясняет чисто меркантильными интересами белорусского лидера, которому нужны деньги для «начавшей пробуксовывать экономической модели, выстроенной Лукашенко». Сам же президент, по убеждению правозащитника, не изменяем. «Горбатого только могила исправит», — грустно пошутил Беляцкий, выступая недавно в берлинском фонде имени Генриха Бёлля (Heinrich-Böll-Stiftung).

КОНТЕКСТ:

Саммит на пороге войны

Чего захочет Путин?

Переговоры в «нормандском формате» могут пройти в Минске