Нынешнему обострению ситуации на Донбассе есть вполне логичное объяснение. Далеко не случайно политику Кремля вообще и в Украине в частности уже давно называют политической шизофренией, причем люди из совершенно разных политических лагерей и стран.

На самом деле в этом термине нет ничего оскорбительного или обидного. Это лишь констатация идентичности действий Кремля с действиями человека, страдающего данным психическим расстройством.

Хотя, если быть точным, такая «симптоматика» больше отвечает диссоциативному расстройству идентичности или, попросту говоря, раздвоению личности. Причем в случае с Кремлем не просто раздвоением. Числительное может время от времени меняться и по факту меняется в зависимости от ситуации.

Поясню, о чем идет речь. Всем известно выражение «у Кремля много башен». Оно означает, что внутри российской власти существуют достаточно мощные группировки, каждая из которых продвигает свои интересы.

В демократических странах подобное «раздвоение личности» в политике невозможно, так как существует традиция многопартийной системы, плюрализма, работает система сдержек и противовесов и еще много чего, позволяющего сохранять равновесие и придерживаться одной линии.

Демократия – это, конечно, не о России. Поэтому политика Кремля а-ля лебедь, рак и щука в условиях выстроенной Путиным жесткой вертикали власти выглядит как следствие тяжелого психического расстройства.

Какое это имеет отношение к эскалации военного противостояния на востоке Украины?

Самое прямое. С одной стороны, российские власти демонстрируют готовность «слить» свой проект «Новороссия». По некоторой инсайдерской информации, появляющейся в блогах властителей дум российских «патриотов», с Донбасса даже выводится часть российской военной техники, причем годной к употреблению.

С другой, есть желание и воля продолжить реализацию проекта «Новороссия» любой ценой – даже ценой полной политической изоляции от цивилизованного мира.

В идеале, конечно, Кремлю хотелось бы добить Украину и в то же время избежать изоляции, но это невозможно.

Последние события на Донбассе – это всего лишь маркер состояния борьбы между изоляционистами («ястребами») и капитулянтами («голубями») внутри российской власти.

Ситуация усугубляется тем, что у самого Путина нет четкой позиции по этому вопросу, что выражается в непоследовательности и метаниях нацлидера между взаимоисключающими друг друга вещами.

Однако не стоит надеяться на прекращение войны против Украины – об этом речь не идет. Это война на уничтожение в любом случае, только «ястребы» хотят победы военным путем, а «голуби» надеются, что Донбасс, «возвращенный» Украине, добьет ее вкупе с социальными и экономическими проблемами.

Обострение ситуации на Донбассе – ход «ястребов». Они будут продолжать инициировать обстрелы и точечные провокации, но масштабное наступление — вряд ли.

Просто потому что масштабное наступление будет означать, что в Кремле окончательно победила точка зрения ястребов. Но вся штука в том, что такая «победа» совсем не гарантирует победы военной. И Путин это понимает. А поражения он позволить себе не может. Более того, опыт прошлого показал, что у Кремля нет достаточно ресурсов для победы над Украиной, поддерживаемой мировым сообществом и готовой сопротивляться агрессору.

Поэтому мы, скорее всего, и дальше будем наблюдать этакую вялотекущую шизофрению. По крайней мере, до октября нынешнего года, когда в Украине должны состояться местные выборы.

В идеале, конечно, Кремлю хотелось бы добить Украину и в то же время избежать изоляции. Однако в реальности все происходит с точностью до наоборот. Добить Украину не получается, а круг изоляции, пока еще дающий возможности для маневра, медленно, но верно сужается. В такой ситуации Кремлю приходится идти на достаточно нетривиальные меры. Приведу один пример — российские официальные лица, а вслед за ними СМИ, с большим энтузиазмом вбрасывают «новости» о возможном резком ухудшении ситуации на Северном Кавказе в связи с деятельностью Исламского государства.

На самом деле никаких оснований ожидать в ближайшее время ухудшения ситуации на Северном Кавказе нет. В сообщениях о нарисовавшихся в регионе боевиках ИГ, которые «разбудили» местных боевиков и сподвигли на регулярные столкновения с силовиками, больше российской пропаганды, нежели реальности. Конечно, какие-то банды на Северном Кавказе объявляют себя частью ИГ, но это чисто риторические заявления и не более того.

Просто Кремлю жизненно необходимо показать Западу, что он нуждается в России для борьбы со «великим и ужасным» ИГ. Цель – заставить забыть о том, что сегодняшняя РФ представляет собой куда большую угрозу безопасности в мире, чем толпы слабо вооруженных фанатиков, бесчинствующих на ограниченной территории и пугающих западного обывателя одним фактом своего существования. Но это вряд ли у Кремля получится.