Предыдущая статья
За что боролись
Ни одна власть в Украине после Майдана не сможет чувствовать себя в безопасности. В Киеве вспоминали о том, что случилось год назад
— … Забыл?! Забыл, на чьей крови к власти пришел?! А наши дети нам внуков не родят! — кричит навзрыд из толпы мужчина лет пятидесяти с лицом распухшим от слез. Страшнее — только спокойствие матери, что, глядя в точку, до которой сжался мир, здесь же, в прошлом феврале, в час прощания с убитыми, обняла фото ясноглазого студента-архитектора и потребовала: «Запомните, его звали Саша Плеханов. Он был классный парень».
Портреты построились на брусчатке в колонны по четыре. Крест с распятием в рушниках под самодельной табличкой «Улица Героев Небесной Сотни». «Киевские» торты, порезанные кусками: пусть хоть на небе мальчикам станет сладко…
Родные тут с рассвета. На боль, как прежде, сразу откликнулся звоном колоколов Михайловский собор, храм, где прятали избитых студентов, спасали раненых и отпевали мертвых. Представители власти появились к 10, согласно графику официальной церемонии. Президент преклонил колено, помолился, стараясь не обращать внимания на плакаты, написанные от руки: «Порошенко, где убийцы?», «Порошенко, кто для тебя герои?». (Спустя год расследование по «делу снайперов» не завершено. Исчезают вещдоки. Подозреваемые скрываются из виду. Все спишет война?)
Уверена: президента заранее готовили к необходимости дать отпор провокаторам. Предупреждали: «известные силы» попытаются использовать 21 ноября, отныне День достоинства и свободы, чтобы показать — ничего в стране не изменилось и не изменится. Одни стали властвовать вместо Януковича в свое удовольствие (вон и «рамка» — металлоискатель посреди Институтской для их спокойствия установлена, и черный лимузин под каждым, и нарядно-траурные красавицы вручают випам одинаковые поминальные лампады), другие продолжают нести жертвенный крест революции…
Несколько бывших сотников, в том числе и прошедших АТО, пригрозили крайней мерой, новым протестом и палаточным лагерем. «Реформ нет, воюем не так, как надо, народ нищает. Под люстрацию всех, кого выбрали! И пусть только посмеют за кресла цепляться! Камнями и палками не ограничимся». Так это свои, что говорить о чужих… Череда терактов в Харькове, в том числе и в годовщину Майдана, вынуждала усилить бдительность. Порошенко, некогда оседлавшего грейдер прямо под администрацией президента, окружали бодигарды. Они же просили «выбирать выражения», когда в первый ряд пробились волонтеры, опекающие солдат и бойцов добровольческих батальонов: «Ребята голые, босые, голодные!»
— Неправда, — возражал главнокомандующий.
Премьера Яценюка, спикера Турчинова, Юлию Тимошенко в черном костюме по фигуре и других политиков, державшихся кучно, курировал экс-министр обороны Гелетей, одетый в гражданское, сообразно нынешней должности начальника государственной охраны. Похоже, Гелетей время от времени пересчитывал подопечных, сверяясь со списком в руке. Впрочем, как только президенту закричали «Ганьба!», отдавшие долг памяти Яценюк с Турчиновым хмуро, но быстро, не вступая в дискуссии, покинули опасный для рейтинга участок улицы, прежде смертельный при обстреле.
Остался только Порошенко. Но он больше не пытался наладить конструктивный диалог. Не делился достижением: накануне ночью пять «майдановских» парламентских партий наконец-то парафировали коалиционное соглашение. Перетерпел возгласы: «Вы врете!» и приказы: «Не убегайте! Скажите, ведь наши близкие — герои?»
— Но ведь еще в июле учреждена специальная государственная награда, орден Героев «Небесной сотни»! — попытался напомнить глава государства.
— Они — герои Украины! Нам подачки не нужны!
В какой-то момент самообладание покинуло президента, и он в ответ тоже сорвался на крик:
— Если сегодня нас поссорят, мы вместе проиграем! И все, что сделали наши ребята, пропадет! Мы должны быть вместе, должны быть достойны памяти «Небесной сотни»…
— Это вы нам, родным, рассказываете, что надо достойными оставаться?! Только что на коленях стоял, где моего ребенка убили… А свою работу как президент разве сделал? И не стыдно?
Порошенко замолчал и опустил голову. Сильно поседел за последние месяцы… Охрана стала мягко обеспечивать коридор на выход. В спину летело теперь уже от прессы: «Петр Алексеевич, вас донимает критика? Непросто найти слова для объяснения?»
Что произошло дальше — президент принял волевое решение, нашел слова? Вскрыл «домашнюю заготовку» политтехнологов? Порошенко вернулся с половины пути: «Нам сейчас, как никогда, важно единство. Я решил и сегодня подпишу указ о награждении званием Героев Украины всех героев «Небесной сотни». Правильно я поступаю?» «Молодец», — ответили ему.
Вечером, в администрации, в присутствии родственников погибших, указ — «За гражданское мужество, патриотизм, героическое отстаивание конституционных основ демократии, прав и свобод человека, самоотверженное служение украинскому народу, проявленные во время Революции достоинства ордена «Золотая звезда» (посмертно)» — был подписан. Порошенко дал слово: новоизбранная Рада немедленно создаст временную комиссию по расследованию преступлений, совершенных против Майдана. И поручил генпрокурору Яреме регулярно докладывать семьям о ходе расследования.
…Десять тысяч человек собрались без политиков и партийных флагов на Народное вече в Киеве. Сигналя, на Крещатик пыталась втиснуться колонна Автомайдана. Разновозрастные, смешанные компании обнимали друг друга. Только на первый взгляд они располагались хаотично, а на самом деле — без ошибок находили по памяти места баррикад и «родных» палаток. Звонили на блокпосты, на восток с целой обоймой приветов. Пили, не чокаясь. Чокались за свадьбы, за новорожденных. Терзали души вопросами.
И делали выводы, что все — и хорошее, и плохое в жизни страны — только начинается.
КОНТЕКСТ:
Противник стремится выдавить украинские войска с наиболее выгодных позиций
Свободное предпринимательство против «кумовского» капитализма: что победит в Украине?
Украина — через год после начала Майдана
