Предыдущая статья
Здравствуй, Родина
На одном из семинаров русских дней в Стокгольме модератор моего выступления протягивает мне записку: «В зале сотрудник посольства РФ».
Фу, как пошло, думаю. Кагэбэшники, записки, полувзгляды, докладные куда надо, ошибка резидента… Какая дешевка. Как в худших советских фильмах.
Сотрудника посольства видно за версту. В костюме (к тому же не самом лучшем), при галстуке, с сосредоточенным лицом конспектирует выступления… И ведь будет сидеть три дня, писать свои докладные, получать за это суточные, командировочные, потом повышение по службе, потом станет замом, а потом и первым. И будет думать, что делает важное дело. И все это из моего кармана…
На паспортном контроле в Шереметьево протягиваю паспорт. Девушка С Суровым Лицом Осознающим Важность Борьбы Со Шпионами берет это главнейшую в жизни россиянина бумажку, сканирует, печатает-вбивает что-то там свое, смотрит в компьютер, потом поднимает трубку и говорит в неё тихо-тихо, чтобы клиент не слышал:
— Бабченко.
О чем говорят дальше, я не слышу. Что-то она там кгбшнику докладывает с сосредоточенным лицом. Минуты три. Он её спрашивает, она, глядя в компьютер, отвечает.
Впервые так открыто. Раньше они всегда старались делать вид, что не шпионят за инакомыслящими. Теперь — перестали стеснятся. Все мои знакомые оппозиционеры говорят то же самое. Какой-то новый уровень открылся. Меняется стратегия. Может, не зря все же сотрудники посольств по всему миру строчат свои бумажки…
Наконец девушка кладет трубку. Глаза не поднимает.
Ну? Что же дальше? Арест? Депортация? Лишение гражданства? Поменяли хулигана на Луиса Корвалана? Что дальше?
— Разрешили? — спрашиваю.
— Да, — очень серьезно, без тени шутки, отвечает она. В интонации отчетливо слышно «пока еще».
Беззащитный паспорт, клацанье печатью, въездной штамп с милостивым разрешением от КГБ приехать мне в мою же страну. Пока еще.
Здравствуй, Родина.
