Предыдущая статья
Пионтковский: Лояльность Чечни закончится вместе с последним долларом в путинской мошне
Угроза терроризма на Северном Кавказе была серьезной и остается, но вот такая отдельная вылазка в Грозный, в общем, не свидетельствует, что она как-то неожиданно и резко возросла
Значение теракта в Грозном, случившегося 4 декабря, очень преувеличивается в России и Украине, потому что это, в общем-то, рутина для Северного Кавказа. В Дагестане, Ингушетии, где ведется война с исламским подпольем, такие столкновения, может быть в чуть меньшем масштабе, совершаются достаточно регулярно.
К примеру, в Ингушетии 2008 году в столкновениях или терактах было убито или ранено 309 человек, в 2009 году – 356, в 2010 году – 172, в 2011 году 47, в 2012 году – 80, в 2013 году – 39. А Чечня как раз сравнительно спокойна. Там полностью властвует один бандит – Кадыров. Ему отдана власть, он пользуется независимостью гораздо большей, чем Аслан Масхадов и Джохар Дудаев могли мечтать. И только этим и можно объяснить, почему такое внимание вызвал случившийся теракт.
Если верить тому, что нам показали, некие люди забаррикадировались в двух зданиях – в Доме печати и в школе — чтобы быть уничтоженными. Что-то странные какие-то террористы. Я понимаю, если они смертники, и захватили здания, чтобы взорвать что-то важное. Но получается, что они вошли туда только, чтобы забарррикадироваться и дать себя убить. Это очень похоже на очередную постановку или провокацию, которых очень много в последнее время на Кавказе, и которая позволила Кадырову продемонстрировать, какой он крутой. Поведение самого Кадырова тоже ведь очень постановочное. В момент захвата зданий в Грозном он был в Москве, ночью вылетел в Чечню, подавил так называемый мятеж и вернулся обратно, чтобы послушать выступление вождя.
Угроза терроризма на Северном Кавказе была серьезной и остается, но вот такая отдельная вылазка в Грозный, в общем, не свидетельствует, что она как-то неожиданно и резко возросла. Местные радикальные исламисты для Путина — это, скорее, не военная проблема, а финансовая. На Кавказе война с подпольем идет одновременно с прикармливанием кавказских царьков для того, чтобы они имитировали лояльность Москве. Кадырову Путин и вовсе выплачивает дань в виде бюджетных трансферов, правда, тот всегда говорит, что деньги получает от Аллаха. Взамен на лояльность, громадные деньги и абсолютную власть в республике от Кадырова требуются и некоторые спецзадания. Например, в августе на Восток Украины просто был массовый заброс боевиков для участия в военных действиях.
КОНТЕКСТ:
Почему в Чечне опять неспокойно?
Однако лояльность закончится вместе с последним долларом в путинской мошне. Уже сейчас понятно, что запасы стремительно истощаются, раз решено было отказаться от такой геополитической затеи, как газопровод «Южный поток», то проблема на Северном Кавказе, конечно, будет обостряться. В то же время я бы призвал украинское гражданское общество не рассматривать исламское подполье как союзников украинской антикриминальной революции. Слишком различны европейский вектор Украины и стремление исламских радикалов создать всемирный халифат. Не просто различны, противоположны друг другу. Поэтому вряд ли стоит действовать по формуле враг моего врага мой друг.
